Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Наблюдаем активизацию миграционного оттока из Армении, включая вывоз капитала

«Есть две сферы — экономика и правосудие, где нельзя работать топором», — заявил в интервью «Голосу Армении» доктор социологических наук, академик Геворг Погосян.

— Геворг Арамович, что скажете о текущем моменте в нашей внутриполитической и социально-общественной жизни?

— Что ж, ключевые моменты у всех на виду. Более года прошло после кардинальной смены власти в Армении, и сегодня исполнительная власть полностью под новой властью, равно как и законодательная. Третья ветвь власти — судебная — находится в переходном состоянии. Причем непонятно, куда идет процесс. Обсуждают веттинг, переходное правосудие, но реальных путей к эффективному реформированию судебной системы не видно. Веттинг, переходное правосудие — очень тяжелые инструменты, они применялись в крайне редких случаях, в редких странах, где шла гражданская война или вообще война.

— Причем успех применения этих инструментариев более чем сомнительный.

— Не думаю, что и у нас они приведут к успеху. Это и в самом деле очень тяжелый механизм в смысле последствий и социального резонанса. Есть, конечно, более мягкие методы, но здесь все зависит от того, насколько решительно настроена власть. Понятно, судебная власть нуждается в реформировании — мы говорили об этом еще 10-15 лет назад. Но не топорными и крайне стрессовыми методами, которые ничего, кроме отторжения, у общественности вызвать не могут. Не думаю, что методами, предлагаемыми властью, можно создать новую судебную власть, способную вызвать доверие у населения. Ведь это доверие строится на основе того, что все делается законно. Дело в том, что есть две чрезвычайно чувствительные сферы — экономика и правосудие, где нельзя работать топором, потому что, таким образом, можно отпугнуть всех инвесторов и потерять доверие граждан к судебной и правовой системе вообще. Если действовать по логике «выбросить всех старых» независимо от того, хороши они нехороши, годятся или не годятся, объявив всех априори коррумпированными, то дальше что? Набрать новых? Где набрать? Прибор, что ли, есть такой, который определяет, будет тот или иной товарищ работать как коррумпированный судья или нет? Рентгеном определять или МРТ делать? Это же абсурд.

— А заявление власти, дескать, Армения (не США, не Европа, а именно Армения) — единственный бастион свободы и демократии в мире, не абсурд?

— Тут проблема в другом. Если США и Европа 250 лет эту демократию у себя строили и в итоге не построили и от нее отказались, то непонятно, почему Армении надо лезть на эту роль? Я понимаю, мы привыкли старые автомобили из Европы тащить к себе. Но неужели отжившие политические методы мы тоже должны перенимать и здесь с ними мучиться?

— Между тем многие эксперты говорят, что мы, напротив, семимильными шагами идем к авторитаризму. Вы согласны с этим?

— Это, к сожалению, судьба постреволюционных стран — они действительно стремятся к авторитаризму. В этом смысле пример Армении показателен. Мы начали с того, что власть принадлежит народу по Конституции, как народ решит, так и будет. В результате же выясняется, что очень многие вопросы, если не все, решаются одним человеком из одного места, с одного адреса. И если это не авторитаризм, то что? Элементарная вещь: если у тебя практически все кадры не имеют никакого опыта, что они делают? Естественно, смотрят на то, что скажет шеф. Вся логика построения такой системы ведет к тому, что, повторюсь, из одного места, от одного человека будут исходить все директивы, вплоть до указаний судьям и прокурорам.

— Но ведь это опасная тенденция.

— Очень опасная. Во-первых, потому, что авторитарное управление опасно само по себе, во-вторых, оно приводит к тяжелым последствиям, когда растет коррупция, когда своим — можно, другим — нельзя и т.д.

— То есть все опять упирается в личностный фактор?

— Совершенно верно. Хотя мы стремились от него отойти, пытались сделать так, чтобы работал закон, работали институты и все не висело на одном человеке, не зависело от того, как скажет Серж Саргсян или Никол Пашинян.

— Складывается впечатление, что власть занята одними судами, забросив на дальний план экономические проблемы, социальные задачи. Соответственно, и общество обсуждает именно эту тему. Это что, форма отвлечения такая или власть действительно затянуло в одну воронку?

— И то и другое одновременно. Власть занимается больше всего судебными делами, потому и люди об этом больше всего говорят. С другой стороны, это, конечно, отвлекает от труднорешаемых социальных проблем, касающихся зарплат, пенсий, создания новых рабочих мест и т.д. Поймать человека, посадить, потом долго вести судебный процесс проще, чем открыть, скажем, 20 тысяч новых рабочих мест. Вот сейчас обсуждают выравнивание налогообложения. Если подобный подход заработает, это приведет к весьма негативным последствиям. Выравнивая налоговую прямую, власти тем самым окажут хорошую услугу тем, кто получает очень много, и никак не помогут тем, кто получает очень мало.

— А у нас тех, кто получает мало, меньше 150 тысяч драмов в месяц, подавляющее большинство…

— Именно. То есть и они, и те, кто зарабатывает 2 миллиона, будут на одной налоговой планке в 23%? Это чудовищная несправедливость! Даже в капиталистических странах с такой мощной соцориентацией, как, например, Швеция, Дания или Норвегия, шкала налогов возрастает с ростом уровня зарплаты. Миллионер, получающий 3 миллиона, платит 90% налога, а есть нижний предел зарплаты, которая налогом вовсе не облагается. Это развитые, богатые страны, они это сделали, и во многом именно поэтому они и богатые. Система продумана до мелочей и работает уже много лет. Мы же идем по какому-то своему пути выравнивания налоговой шкалы, что приведет не только к еще большему социальному расслоению общества, но и к уменьшению доходов государства.

Непонятно, чья это «блестящая идея». Многие экономические формулы принимаются без обсуждения социальных последствий, и это очень опасно. Потому что, как известно, социальные последствия бывают взрывоопасными. Мы это видели, и думаю, еще не раз увидим. Кстати, после «бархатной революции» в какой-то момент произошло смягчение миграционного движения, а теперь мы вновь наблюдаем активизацию миграционного оттока из Армении, включая вывоз капитала. Потому что реальных-то шагов к улучшению нет. Разочарование наступило и начинает углубляться, рейтинг власти падает. Люди ждут реальных шагов, но пока их не видят…

 

Источник: Зара Геворкян, Голос Армении

Поделитесь с друзьями:

Посмотрите еще:

Комментарии отключены.