Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Пашинян создает антикоррупционный суд за счет иностранных доноров

Пока общественность, политические силы, экспертное сообщество тщетно пытаются разобраться в содержании идеи переходного правосудия, премьер-министр решил поделиться с журналистами некоторыми важными деталями внедряемого нововведения.

ПО ЕГО СЛОВАМ, в частности, планируется создание антикоррупционного суда, в разы повысятся зарплаты судей этого суда, дабы привлечь хороших специалистов. А чтобы общественность не восприняла в штыки факт роста судейских зарплат, чтобы с пониманием отнеслась к этому, финансироваться рост будет не из бюджета, а за счет грантов от иностранных доноров, с которыми сегодня идут обсуждения этого вопроса. Речь идет о финансировании в течение 3 лет, после чего, по версии Пашиняна, общественность осознает важность, результативность реформы и не станет возражать переходу повышения судейских зарплат на бюджетное финансирование. В общих чертах схема такая.

Сказать, что в такой модели много изъянов, значит, ничего не сказать. И все же попытаемся трезво взглянуть на ее (модели) ключевые особенности. Прежде всего не совсем понятно, почему планируемому антикоррупционному суду нужны хорошие специалисты, а всем остальным судам — нет. Почему вопрос повышения зарплат, идея обеспечения тем самым притока квалифицированных кадров ограничивается рамками только этого специализированного на коррупционных делах суда? Да еще в расчете на общественное понимание в будущем. Согласитесь, если уж стимулировать высокими зарплатами качество деятельности судебной системы так, чтобы общественность узрела позитивный эффект, надо бы начать с той части, с которой эта самая общественность сталкивается непосредственно, больше и чаще. А именно с судей, выносящих вердикты по гражданским и уголовным делам. А тут…в повестке акцент на антикоррупционном суде, решения которого по замыслу авторов должны повысить общественное доверие к системе.

Впрочем, несложно догадаться, почему именно коррупционная специфика удостоилась особого внимания. Она (коррупционная специфика) зрелищна и может периодически развлекать общественное внимание громкими, резонансными процессами, уводя при этом от скучных, хотя и насущных социально-экономических проблем. Плюс необходима в контексте передела капитала и имущества и концентрации их в руках новой элиты. Но все это вряд ли может повысить качество судебной системы в целом, на что якобы нацелена анонсированная реформа со своим веттингом и переходным правосудием.

НО ЛЮБОПЫТНЕЕ ВСЕ ЖЕ ДРУГОЕ. Общественности Армении предлагается проникнуться доверием к судьям, чей материальный достаток, чьи высокие зарплаты и качество жизни обеспечены за счет грантов от иностранных доноров. Кто эти доноры, какие цели они преследуют, финансируя высокие зарплаты армянских судей? Скажем прямо: это вопросы, лежащие на поверхности.

Однако пикантность ситуации даже не в этом. Провозгласили второй этап революции, которая должна быть проведена в судебной системе, парализовали действующую систему революционной риторикой и инструментарием, обозначили в качестве ее ключевого элемента грантовое финансирование судейских зарплат со стороны зарубежных партнеров и… Пока еще обсуждают с потенциальными донорами вопрос финансирования… А если откажутся зарубежные партнеры выделить средства? Если не найдутся иностранцы, кровно заинтересованные в повышении доверия армянского общества к армянскому же правосудию? Что тогда? Провозгласят фальстарт судебной реформы, второго революционного этапа и вновь вернутся к идее экономической революции, временно отодвинутой на второй план?

 

Источник: Ара Меликсетян, Голос Армении

Поделитесь с друзьями:

Посмотрите еще:

Комментарии отключены.